April 2nd, 2019

Ден

СЖЕЧЬ МАГИЧЕСКИЕ АРТЕФАКТЫ

[Нет ли здесь нацизма?]
Польские священники сожгли книги «Гарри Поттер» и «Сумерки».

И леволиберальная и мультикультуральная общественность и журналистика в лице журнала "Эсквайр" встрепенулась, как та пожилая кобыла, что мирно дремала, но вдруг заслышала знакомый звук полковой трубы. Ой, бейте в набат: "книги сжигают"! Нет ли здесь нацизма? Обскурантизма!? Вытащили даже уже начавшую ржаветь свою тяжёлую артиллерию: «Там, где сжигают книги, в конце концов будут сжигать людей» (Г.Гейне).

Сама по себе эта акция очень локальная, малопубличная, совсем так сказать не резонансная. Но зато она отсылает к другой и уже почти исчезнувшей европейской цивилизации, где была ещё сильна вера и церковь и где даже была инквизиция! И тут либералы среагировали безошибочно: важен не масштаб, а сам забытый публичный жест польских священников, важна сама память об альтернативной культуре и её ценностях.

А что вы хотели? Вера — это не игрушки. Если она есть, то берёт за живое, за самое главное. Это даже не идеология, с которой можно спорить и которую не так трудно поменять. За веру проливают кровь, объявляют войну и вовсе не боятся прослыть в либеральных глазах фанатиками.

Священники скорее всего понимают, что религиозный накал ослабевает, вера охладевает... Но церковь опытна, и знает эти состояния души очень хорошо. Что нужно делать, если сомневаешься, не веришь, как прежде? На помощь приходит та самая "внешность" церковной жизни, о которой писал наш русский мыслитель Константин Леонтьев. Внешность — это накопленная за долгие века церковная культура и цивилизованность: это и тексты, и церковная утварь, облачение священников, это традиции и обычаи, это иконы и фрески, наконец это обряды и таинства, церемонии, мистерии и многое-многое другое, не перечислишь. Это всё служит утратившему веру подспорьем, как костыли для разучившегося ходить. Утративший веру начинает действовать так, как будто вера у него по-прежнему есть: он всё так же молится, соблюдает посты, предписания... и вера возвращается, приходит обязательно!

А польские священники обратились к почти забытому символическому акту, публичному жесту, ритуалу, отсылающему к практике экзорцизма.
Ден

ДУША, ЕСЛИ ОНА ЕСТЬ

[о невидимом, но несомненном]
то облагораживает любой дом, даже если это "хрущёвка. Картина запечатлела это присутствие...
присутствие верной и верующей души. Кстати, "присутствие" — это термин, применяемый иногда
в литературоведческом анализе: он говорит о невидимом, но несомненном:


Сергей Иванович Смирнов: «Самый длинный день», 2006.
Ден

ANYTHING GOES

[сохранят даже памятник позора]
У разумных людей всё идёт в дело. Особенно рачительно они относятся к памятникам своей истории, понимая что другой — не будет! Поэтому не смотрят, кто победил и какая сторона оставила памятник. Сгодится всё, anything goes, потомки заботливо сохранят даже памятник позора своей стороны:



Что это там чернеет правее левой башни, на треугольном фронтоне?



Во время Второй французской революции в особняк Отель Де Санс попало пушечное ядро. Отель не раз ремонтировали, но ядро не трогали, боялись обрушения кладки. Потом догадались оформить это как памятник истории. Теперь это достопримечательность Парижа.