Igor Pankratiev (pankratiev) wrote,
Igor Pankratiev
pankratiev

Category:

БОГ И ЕГО ТВАРИ, ЖИВОТНЫЕ

[которые ни за что ни про что очень верны человеку]
Кажется, Бог как-то по-особому любит животных. Ведь их не изгоняли из рая, они последовали вместе с людьми... нет, не добровольно, свободной воли-то у них нет, а будучи, так сказать, приписаны к человеку и даже подчинены ему. И страдают животные, если что, не за свою вину (нет воли - нет вины) а как бы с человеком заодно. Поэтому их жалко. Особенно жалко собак, потому что помимо подчинённости людям они ещё ни за что ни про что очень верны человеку.

Собачья доля (А.М. Ремизов. Книга «Посолонь». Раздел «К Морю-Океану». Цикл «Мышиными норами»)

За Могильною горою стоит белая избушка Белуна.
Белун — старик добрый. Алалей и Лейла остались у дедушки погостить.
С рассветом рано отправлялся Белун в поле. Высокий, весь белый, ходил он все утро по росистой меже, охранял каждый колос. В полдень шел Белун на пчельник, а когда спадала жара, опять возвращался на поле. Только вечером поздно приходил Белун в свою избушку.
Не отставали они от деда, так и ходили за ним и на поле, и на пчельник. А какой он добрый, какой ласковый белый Белун!
Белуна все любят. Медведь не трогал.
— Странного человека медведь никогда не тронет, он знает! — говорил старик, — встретишься с медведем, скажи ему: «Иди, иди, Миша! Я — странник, ничего тебе не сделаю». И медведь уйдет.
Рассказывал по вечерам Белун сказки, когда не спалось, или в погоду, когда было страшно, или очень приставать начинали.

А собака у Белуна — Белка. Станет старик к ужину хлеб резать, Белке горбушку даст — первый кусок. И всегда он так делал: Белке первый кусок.
— Мы едим Белкину долю, — сказал как-то дедушка, — у человека доля собачья.
— Как так — собачья?
И уж они не могли успокоиться, пока Белун не рассказал им всего.

Раньше все не так было, не такое. И земля была не такая. Ржаной колос с земли начинался от самого корня и был метлистый, как у овса. Ни косить, ни жать нельзя было, подрезали колосья каменным шилом, чтобы не растерять зерна. И хлеба было всем вволю.
И случилось однажды, вышел Христос странником на поле, вышел Христос посмотреть, как живут на земле его люди. А как людям жить? Известно, и хлеба по горло — сыты, так другим чем возьмутся друг друга корить — осатанели!
Идет странник по полю, радуется: зерна так много, колос полный от земли до верхушки. И весь день ходил странник до вечера, а вечером на ночлег собрался.
Туда постучит, сюда попросится, — никто его не пускает.
Гонят странника.
«Еще стащит чего!» — вот у каждого что на уме: страшно за добро, хоть и девать-то его некуда, добра-то всякого.
Вошел странник к богатым в богатый дом. Не просился он на ночлег, просит хлеба кусок — милостыню. А пекла хозяйка блины, увидала странника, разругалась, на чем свет стоит, турнула за дверь. Да вгорячах схватила блин, вытерла блином грязную лавку — кошкин след дурной, кинула блин вдогонку.
Поднял странник блин, положил в котомку и пошел в поле.
«Нет уж, ничем, видно, сытого не проймешь! Ему горя нет! Осатанел человек в вольготе!»

Разгневался странник и, став среди поля, позвал страшную тучу.
И поднялась на его зов страшная туча. Загремела гроза.
Палило огнем, било градом, смывало дождем.
Уж не кричат, не вопят — остолбенели: ведь все хозяйство пропало, весь хлеб погиб, все колосья ощипаны. И один лишь остался маленький колос на длинной соломе.
Черно, пусто, голо на вольготной богатой земле.

— Тут-то вот Белка и вышла из конурки, — рассказывал добрый белый Белун, — видит собака, дело плохо, с голода подохнешь, и выбежала в поле да как завоет. «Ты чего, Белка, воешь?» «Есть хочу!» И тронули Бога собачьи слезы, снял Бог грозную тучу. Засветило солнце, пригрело. И остался на земле маленький колос — собачий, что Белке за слезы ее пришлось от Бога, маленький колос собачий, на длинной соломе. С той поры и едят люди долю собачью. Наша доля собачья!
1910 г.


Впрочем, некоторые люди (святые), уподобляясь Богу, тоже очень любили животных. Ну, про Саровского или Ассизского все знают. А вот мало известный эфиопский святой Киддус, который, говорят, удалился в пустыню, проповедовал мир диким зверям. Когда он нашел умирающую от жажды птицу, он напоил ее своими слезами.

Kiddus
Киддус


Ну, и звери ему платили тем же:

Khanguilla
Мольба


Традиционные народные представления наделяют животных причастностью к Логосу, как в приведённом выше рассказе Ремизова "Собачья доля", написанном на основе русской фольклорной легенды, где собака способна говорить и молить. А некоторые мыслители, например русский юродивый Даниил Андреев, считали, что животные тоже участвуют в духовной эволюции, и могут даже попасть в свой рай, который у этого автора имел оригинальное название — Хангвилла (см. его визионерское произведение "Роза мира").

Feast of beasts
Пир зверей
Tags: man's best friends, больше чем животное, животные, картинки рая, ступеньки внутрь
Subscribe

Posts from This Journal “ступеньки внутрь” Tag

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 1 comment